Театр магии и фокусов «Самокат»

Сергей Щукин: «Все дети - Моцарты, а взрослые все Сальери»

На главную  Театр  Пресса о нас Сергей Щукин: «Все дети - Моцарты, а взрослые все Сальери»

 

Сергей Щукин:  «Все дети - Моцарты,  а взрослые все Сальери»Пока наделенные административным ресурсом мужи пытаются убрать с глаз большое тюзовское бельмо, в Саратове погибает старейший городской театр. Театр магии и фокусов «Самокат» в скором времени будет вынужден покинуть свое нынешнее помещение в Доме офицеров, а возможно - и сам город. О том, есть ли будущее у уникального театра и саратовской культуры в целом, мы беседуем с заслуженным артистом России, директором и художественным руководителем театра «Самокат» Сергеем ЩУКИНЫМ.

-  Сергей Вадимович, театр «Самокат» - первый в России театр иллюзионного жанра. До последнего времени в стране ему не было аналогов и лишь недавно в Москве открылся театр фокусов. Как же появился «Самокат»?

- Это было в 1987 году, тогда в Советском Союзе нереально было открыть новый театр без решения Совета Министров СССР. Три года ушло на то, чтобы все устроить. Открылись мы с таким резюме - на основе самофинансирования, самоокупаемости и самообеспечения. Почему «Самокат»? Мы назвали по первым буквам - саратовский молодежный камерный театр-студия. Мы всегда говорим, что сами едем и сами катимся, сами себя толкаем. Деньги мы себе зарабатывали сами. У нас было несколько спектаклей в репертуаре. Ездили по области, выступали в вузах. В качестве месторасположения нам определили Дворец культуры «Нефтяник». Потом мы долго скитались по разным помещениям. Снимали подвал рядом с вокзалом. Там мы поставили сказку «По щучьему велению». Еще где-то арендовали комнаты. А потом перебрались в Дом офицеров. Когда город взялся нас финансировать, это стало большим подспорьем. Ведь многие театры умерли, а мы выжили. Мы хотя бы перестали думать о зарплатах, а больше творчеству уделяли внимание.

- А что сейчас происходит с театром?

- Нам уже 24 года. И все 24 года - это борьба. Мы боремся за свое помещение, за выживание. К счастью, у нас есть свой зритель, который нас любит. Мы ведь фокусы театрализуем, мы их разыгрываем, и зритель часто становится участником волшебного действа. Мы посчитали, что за 24 года нас посмотрели примерно 500 тысяч саратовцев. Многие дети, которые смотрели наши спектакли, уже выросли и приходят теперь со своими детьми. А что касается помещения для театра, из Дома офицеров нас то выселяют, то крыша обрушивается, то повышают арендную плату. И каждый год я пишу письма то Президенту, то Володину. Кстати, Володин нам помог однажды. Когда нас в очередной раз закрывали, я обратился к нему, он сделал ряд депутатских запросов, и как-то все улеглось. Но сейчас опять театр выселяют. Министерство обороны издало приказ о закрытии Домов офицеров по всей стране, и нас тоже коснулась эта реформа.

- Неужели за все время существования вашего театра мэрия не смогла подыскать подходящее помещение? В газетах писали, что вам предлагали здание бывшего Волжского ЗАГС, но вышла какая-то очень некрасивая история со следственным комитетом при прокуратуре.

- Там вышло полное безобразие. Меня пригласили в комитет по имуществу города, сказали, что театру нашли помещение. Потом издали распоряжение, что здание Волжского ЗАГС передается нам. Велели через неделю прийти, чтобы передать это помещение на баланс театра. И когда мы пришли, нас озадачили, мол, следственный комитет его забрал.

- Получается, что фокусники из прокуратуры оказались сильнее вас.

- Я прокуратуру не виню. Они говорят, что раньше нас подали заявку. Я не знаю, так это было или нет. Но виноваты городские депутаты и администрация. Потом - хотя бы кто-то извинился перед нами? Ведь я успел написать благодарственные письма Баталиной, Прокопенко. И никто даже не позвонил и не сказал: извините, так вышло, будем искать другое здание.

- Может, получилось бы договориться со следственным комитетом? Ведь в интервью газете «Взгляд» Николай Никитин заявил: «Здание нам отдали, а потом выяснилось, что мы его якобы у театра «Самокат» отобрали. Сейчас разбираемся в вопросе, действительно ли это театр для детей. Если информация именно о таком профиле культурного учреждения подтвердится, то мы готовы отказаться от здания».

- Ну, отдали им, и бог с ними. Все равно для нас было там тесновато. Правда, до этого нам вообще предлагали бомжатники с туалетом на улице. Говорили, что мы легко сможем найти спонсоров. Но почему я должен бегать и искать спонсоров? Я должен ставить спектакли и показывать фокусы. Нам не нужно такое огромное здание, как ТЮЗ. Нам хватило бы пяти комнат для артистов, животных и персонала и зрительного зала на двести мест.

- Кстати, о новом театре юного зрителя. Говорят, что в следующем году он будет сдан. Может быть, перебраться туда для вас было бы идеальным вариантом, ведь «Самокат» тоже детский театр? Вам не предлагали занять малую сцену ТЮЗа?

- Не предлагали. В Саратове театральное сообщество очень своеобразное. Когда у нас были сложности в прошлом году, и нам запретили играть в Доме офицеров, а все билеты были уже проданы, хоть кто-нибудь из театров сказал: придите, мы вам поможем? Нет.

- А может быть, вам стоит поднять такую же шумиху, как вокруг тюзовского долгостроя? И тогда сразу найдутся и деньги, и политическая воля.

- Я бы не стал этого делать. Я сказал себе: не решится ничего - мы уйдем. Уйдет наша семья. Мы без работы не останемся. У нас столько заказов, что мы беспрестанно будем ездить по стране. Но город потеряет театр. Есть и другая сторона. За долгие годы работы мы накопили много реквизита. Потрачены огромные бюджетные деньги. Например, исчезающая клетка с голубями стоит под 300 тысяч рублей. Кто это будет осваивать? Никто не будет этим заниматься. И это все погибнет. А сколько мы тратим на аренду? 400 тысяч в год! Собрать все эти деньги, так можно было давно построить маленький театрик. Мы ведь для Саратова завоевывали славу. Сын у меня стал финалистом «Минуты славы». Я выступал в телепроекте «Феномен» со многими звездами. Мы участвовали в передачах «Утренняя почта», «Шире круг». Проехали много стран, были и в США, и в Великобритании. Участвовали в чемпионате мира по фокусам в Швеции.

- Обычно власти очень любят чествовать победителей. Наверное, им проще, а главное - выгоднее любить артистов издалека. Как только речь заходит о Табакове или Миронове, наши чиновники сразу вспоминают, что это наши, саратовские артисты. Но Табаков же денег не требует, правильно? А местные артисты живут святым духом. Неужели даже после того, как вы возвращаетесь с новыми регалиями, внимания со стороны чиновников не прибавляется?

- Мы же свои. А своих не ценят. Кстати, мы для властей работаем очень много. В Саратове существует сейчас 4 муниципальных театра. Был театр АТХ, но он 6 лет как умер, хотя и существовал долгое время на бумаге, там был директор, деньги на него выделялись. Теперь этот театр преобразован в какую-то концертную организацию. Еще есть театры «Версия» и «Балаганчик». На протяжении 24 лет мы театр лидирующий. Это признавали и Союз театральных деятелей, и управление культуры города. Мы зарабатываем больше всех денег - в год где-то миллион. А власти за все наши труды и заслуги никак нам не могут сделать дом. Казалось бы, вот праздник города. Кто выступает? «Самокат». Около двух тысяч саратовцев посмотрели в Дни города наши спектакли. Работали мы, естественно, бесплатно. Мы, собственно, и не просили денег, хотя, когда москвичи работают на Дне города, им платят.

- Получается, когда нужно, город о вас вспоминает.

- Да. Мало того, если у губернатора или у мэра города бывают гости, выступаем перед ними тоже мы. У Аяцкова где только я не выступал. И в его резиденциях, и на дачах. Я много лет работал с Аксененко. Кстати, Юрий Николаевич очень любил фокусы. Он и сам, наверное, был хорошим фокусником в своем деле. Он часто приглашал нас выступать на различные банкеты, презентации. И я всегда приглашал его на сцену, ему нравилось участвовать в представлениях.

- То есть, в основном вы к ним ходите. А сами представители власти когда-нибудь посещали ваш театр, приводили своих детей?

- Что вы! Это вообще парадокс. Казалось бы, мы городской театр, но почему-то глава города Олег Грищенко едет смотреть на строительство ТЮЗа. А это ведь областной объект. Хотя бы раз в три года кто-нибудь из городских чиновников к нам пришел. Город тратит на наш театр 2,5 миллиона. Как их тратят? Куда они идут? Как театр живет? Неужели даже это не интересно? Я сейчас обращаюсь к депутатам городской думы за помощью, так они даже не знают, что есть такой театр.

- Возможно, они просто не интересуются культурой.

- Может быть. Но ведь у нас есть управление по культуре. Так вот, за мою бытность художественным руководителем театра сменилось 7 или 8 председателей комитета по культуре. Из них только один был у нас в театре - это Валентин Волков. Если сами руководители культуры не приходят, о чем тогда говорить. Я несколько раз приглашал замглавы администрации по социальной сфере Ольгу Баталину, но она говорит: «У меня дети, и я не могу в субботу-воскресенье...» Газета «Взгляд» ее как-то спросила: «В какой театр вы хотели бы сходить?» - «В «Самокат». Вот ждем.

- Наверное, если у тех, кто должен заниматься культурой, нет к ней интереса, это уже крайняя стадия запущения.

- Мне кажется, между населением и властями есть огромная стена, которая не пробиваема. Они не слышат нас, или не хотят слышать. Мне по наивности когда-то казалось, что во власть должны приходить люди, у которых общественные интересы стоят превыше личных. А туда приходят, наверное, для того чтобы обогатиться, сделать себе карьеру, продвинуться. Население видит все это двуличие, тартюфство, неискренность властей. И у всех наступает апатия из-за того, что мы живем в обществе лжи и обмана. Как-то все нечестно в жизни. Иногда меня спрашивают: ну а что же вы, деятели культуры, молчите. Ну как, я высказываю свою позицию по разным вопросам. Смело порой высказываю, критикую. А многие деятели культуры или бросились зарабатывать деньги, или от всего этого ужаса закрылись в свои кельи и просто помалкивают. Призыв поэта «глаголом жечь сердца людей» больше не работает. Средства массовой информации - это тоже потоки лжи. Как правило, издания служат тем, кто их финансирует. И это тоже плохо.

- Но получается, что сейчас в нашей стране и, может быть, во всем мире так происходит. Это не какой-то маленький островок под названием Саратов, это общие тенденции.

- Все это очень сложно. У нас вроде существует демократическая система, хотя на самом деле она не демократическая. Я не хочу вдаваться в подробности. Я не политик и не состою ни в какой партии. Да, я могу говорить, например, что мне порой кажется, что у нас выборы проходят нечестно. Я просто вижу, как наши государственные деятели лукавят. Они больше занимаются самопиаром. И в ТЮЗ они приходят не потому, что понимают, как нужен детский театр, а потому что скоро выборы и надо показать, что что-то делается. И так большинство. Разве Мамонтов, Морозов и другие меценаты кричали, когда делали добрые дела? Да о них вообще никто не слышал.

- Может, стоит вернуться к этой системе, когда культура не зависела от государства?

- Скульптор Роден сказал, что все будут счастливы, когда у каждого человека будет душа художника. В молодые годы я верил, что это возможно. А сейчас понимаю, что нет. Я иногда думаю - а зачем мне все это надо? Я уже теряю веру, устаю сражаться. Но я сейчас подхожу к такому возрасту - мне 60 лет будет скоро, - когда мне хочется сделать мир лучше и чище. Мы не смогли, наверное, что-то сделать, хотя и старались. Я пытаюсь сейчас работать с детьми, потому что все дети - Моцарты, а взрослые все Сальери. Вы знаете, я давно мечтаю создать центр волшебства для детей. С полноценным театром и небольшой школой-студией, которая обучала бы детей иллюзионному искусству. В конце концов, что такое фокусы? В жизни есть неумолимые законы, которым мы вынуждены подчиняться, и иногда, когда мы их нарушаем, мы получаем огромное удовольствие. Фокусы помогают нарушать такие вечные законы. Еще Аристотель говорил, что познание начинается с удивления. Мне кажется, что такая магия, как фокусы, никогда не умрет. В каждом человеке живет потребность в волшебстве, а в жизни его не хватает.

- Саратовской культуре, кажется, тоже не хватает волшебства, чуда. Новый ТЮЗ строят-строят и никак не достроят. Концертный зал филармонии сгорел четыре года назад и до сих пор не восстановлен. Театра АТХ уже нет, но на бумаге он существует. Пожалуй, только в цирке всегда аншлаг. Согласитесь, практически все эти объекты отражают то бедственное положение, в котором находится местная культура.

- Культура всегда финансировалась по остаточному принципу. Всегда. Это свойство нашего государства. Как у нас создаются театры? Кто-то сказал: а давай театр откроем. А давайте. И открывают - росчерком пера. А здание есть? Нет. А разве нужно здание? Штат нужен 100 человек. Так много? Транспорт нужен - автобус, автомобиль легковой. Да вы что?! Открыли. А как театр будет существовать - об этом не думают вообще. Разве такое возможно? Муниципалитет какого-нибудь европейского города, как правило, содержит только один театр. Один! Ну не может быть так много денег, чтобы их хватило на пять. И они сразу дают хорошее помещение, финансирование, труппу, заключают с руководителем контракт, дают транспорт.

- Как же за рубежом живут театры, которые не финансирует муниципалитет?

- За счет спонсоров. Государство один-два-три финансирует, а остальные как-то выживают. Театров фокусов во всем мире не более десятка. В США один, в Великобритании - один, в Польше - один... Это редкость. Профессия фокусника - профессия штучная. Волшебники - большая редкость.

- Получается, местная власть не хочет поддерживать проекты, которые могли бы принести городу славу. Например, на месте приземления Гагарина можно было бы построить целый культурный комплекс, в Увеке - создать «город прошлого», историческую реконструкцию времен Золотой Орды. И даже уже существующий уникальный театр фокусов власть не хочет сохранить.

- Я не раз предлагал руководству города открыть театр на проспекте Кирова. Как правило, театры во всех странах находятся на главной улице города: Бродвей в Нью-Йорке, улица Горького в Москве. Почему у нас на проспекте Кирова одни торгаши? Представьте себе: люди вечером идут и видят - горит вывеска «Театр фокусов». Это же замечательно! Театр фокусов - это что-то красивое, изящное, небольшое, волшебное. Мне пообещали здание... и через месяц его отдали торгашам! Все продано, все раздали. Всеобщее равнодушие.

- Как же переломить это равнодушие? Может, издать закон, обязывающий депутатов и чиновников посещать культурные места? Ввести норму - несколько раз в месяц сходить в театр, музей, на выставку. Того, кто не выполнил норму, лишать чина или депутатского мандата.

- Люди должны смотреть, кого они избирают, они должны видеть. Как сделать людей наших зоркими - я не знаю. Я считаю, что сейчас правозащитники и корреспонденты - это те люди, которые еще как-то будоражат население. Если не будоражить, мы вообще погибнем.

- Не секрет, что местные чиновники начинают шевелиться, когда получают «волшебный пинок» сверху. Может быть, вам опять стоит написать Вячеславу Викторовичу Володину?

- Видимо, так и придется поступить. Мне один депутат, не буду называть его фамилию, сказал недавно: «Сергей Вадимович, напишите Володину, туда, наверх - и будет толчок». Но разве так можно - ждать, когда дадут этот толчок и обратят, наконец, на нас внимание? Ведь нам не надо миллионов, как на ТЮЗ. Дайте поручение найти нам подходящее помещение в городе, и все.

- Какое здание вас бы устроило?

- Я не знаю, чем город располагает. Но на окраину мы не поедем. Такой театр, как наш, не должен погибнуть в Заводском районе. Мы должны быть в центре. К слову, Дом ученых на Комсомольской был бы идеальным для театра, и здание это муниципальное. Оно сдается в аренду министерству культуры. Это хороший вариант, но надо подумать, как всех там разместить. Вообще, город мог бы на основе нашего театра сделать хороший эстрадный театр. Но сегодняшний штат театра - 30 единиц - не позволяет этого сделать. Вообще, муниципальные театры - это какие-то обрубки без рук и без ног. А ведь мы могли бы, помимо наших трюков, включить и клоунаду, и кордебалет, и певцов... Получился бы замечательный эстрадный театр. Но никто об этом не думает.

- В городе существует целое управление по культуре при мэрии - вот пусть его сотрудники сидят и думают об этом. Это же их работа.

- Вы знаете, в Америке в муниципалитете культурой занимаются три человека. И в городе проходят и фестивали, и шествия, и мероприятия. У нас же раздуют штаты - и сидят пишут бумаги. Строчат и строчат. Нет бы заняться делом. Я предлагал проводить в Саратове ежегодно фестиваль фокусников. Можно было бы приглашать иллюзионистов даже из-за рубежа. Причем больших денег не требуется - фестиваль окупался бы продажей билетов. Еще можно проводить фестивали драматических театров, театров-студий Поволжья, эстрадные конкурсы... Да все можно делать. А у нас что есть из массовых праздников? День города и Новый год.

- Почему такие предложения не нашли отклика? Что вам говорили? Нет средств?

- Ну да. Нет средств. Не подхватывают это. В свое время Игорь Архипов (бывший замглавы администрации Саратова по социальной сфере - прим. авт.) уговаривал меня стать председателем комитета по культуре. Но я не согласился. Во-первых, театр погибнет, если я стану чиновником. Во-вторых, я - художник и не смог бы существовать в этой системе. Когда я на совещании встаю и говорю то, что я думаю, они смотрят на меня, как на идиота: ах, это же тюрьма, Сергей Вадимович!.. Вообще, на мой взгляд, культурой должен руководить человек творческий, который мог делать интересные проекты. Сейчас в управление пришел новый руководитель - Комаров. Может быть, что-то будет меняться к лучшему. Не знаю.

- Будем надеяться, что театр «Самокат» все-таки останется в Саратове.

- С трудом верится. Надежды у меня почти нет. Я уже заявил, что работаю последний сезон, если ничего не решится. Все говорят, мол, вы же волшебник, вы должны верить в чудо. Но чуда не свершилось. Вот если бы у меня была настоящая волшебная палочка, я бы взмахнул ею и все поменял бы...

- Удивительно, как вы с таким настроем находите в себе силы выходить на сцену...

-         Нас заражают своей энергией дети, они дают силы, вдохновляют. Вообще, я думаю, если сейчас провести референдум, то жители города проголосовали бы за театр «Самокат». Мы нужны зрителям города. Это однозначно. И потом, как сказал коммунистический поэт Назым Хикмет: «Ведь если я гореть не буду, и если ты гореть не будешь, и если мы гореть не будем, так кто же здесь рассеет тьму?» Ну вот мы и горим. Бьемся.

 

Ольга КОЗЛОВА

Наталия ГЛИВЕНКО

Газета "Наша версия"